Свобода слова – не гарантия толерантности

(English)

Надежда Венедиктова - Обозреватель общественной телестудии Асаркья и литературный редактор альманаха «Южный Кавказ».

Республика Абхазия обрела пусть и непризнанную большинством мирового сообщества государственную независимость после победы в грузино-абхазской войне 1992-93 годов. Консолидация общественного сознания, характерная для ситуаций выживания, и явная харизматичность первого абхазского президента Владислава Ардзинба, занимавшего и пост главнокомандующего, привели к тому, что примерно до двухтысячного года в стране сохранялась атмосфера единомыслия, замешанного на патриотизме и болезненно воспринимавшего любое несогласие с линией Ардзинба.

К этому же времени начала набирать силу независимая пресса, критические выступления которой иногда вызывали резкое неприятие сторонников власти, выливавшееся в попытки давления на журналистов, в частности, угрозы в адрес редактора «Нужной газеты» Изиды Чаниа.

Общество в целом тяжело переживало переход от единомыслия к разноголосице мнений, не успев выработать устойчивые механизмы сохранения политического равновесия. Следствием этого явилось острое политическое противостояние во время первых альтернативных президентских выборов 2004-2005 годов, поставившее страну на грань гражданской войны.

Однако компромисс, достигнутый противоборствующими сторонами через несколько месяцев после начала противостояния, показал, что и политическая элита, и общество понимают цену стабильности и готовы проявить известную гибкость, чтобы не нарушить ее. Уроки, вынесенные из этого жесткого внутреннего конфликта, на несколько лет определили относительную терпимость к чужому мнению.

***

В отличие от многих постсоветских стран, в Абхазии есть реальная свобода слова, правда, это относится только к печатным СМИ, среди которых преобладают негосударственные издания, и к Интернету. Государственный телеканал полностью под контролем власти, и все попытки создать на нем хотя бы одну программу, отражающую весь спектр общественно-политических настроений и взглядов, пока что бесплодны. Частный телеканал «Абаза» позволяет себе большую свободу высказываний и полностью транслирует выступления оппозиции, но в сравнении с независимыми газетами его позиция менее последовательна.

Однако свобода слова в известной мере ограничена табуированными темами, к которым, в первую очередь, относится современное положение Грузии и России. Грузия как страна, с которой мы находимся в состоянии войны, и Россия как стратегический партнер, во многом обеспечивающий военную и экономическую безопасность, принципиально находятся вне поля публичного зрения и анализа.

Продолжающаяся в общественном сознании демонизация Грузии не только ограничивает свободу слова и увеличивает нетерпимость к чужому мнению, но тем самым и снижает возможность объективного анализа, как это продемонстрировала в 2010 году история с показом фильма «Отсутствие воли» Мамуки Купарадзе.[1] Публичная истерика, развязанная после демонстрации фильма по ТВ, помешала значительной части нашего общества увидеть искреннюю попытку режиссера разобраться в причинах грузино-абхазской войны, что, безусловно, явилось определенным шагом в осознании грузинским обществом причин конфликта, хотя и не изменило официальную политику грузинских властей.

Публичная истерика была направлена, в основном, против неправительственных организаций, инициировавших просмотр фильма, поскольку из-за многолетнего непризнания международным сообществом политического статуса Абхазии и упорного стремления вернуть ее в состав Грузии, которые воспринимаются обществом как свидетельство «характерной для Запада практики двойных стандартов», в стране сложилось подозрительное отношение к демократическим ценностям, привнесенным с Запада и пропагандируемым НПО.

Многолетние попытки гражданского сектора доказать, что в традиционном абхазском обществе были развиты многие институты, типичные для современной демократии, в том числе коллегиальность в принятии важных решений, уважение к чужому мнению и т.д., еще не привели к устойчивому осознанию этой исторической параллели. Характерно и то, что в социальных сетях активно обсуждают тему НПО, но на обывательском уровне используются ксенофобские пропагандистские штампы и ни разу не было попытки серьезно проанализировать претензии к неправительственному сектору.

Однако во время выборов всех уровней, от президентских до местного самоуправления, в массовом масштабе и весьма последовательно используются демократические техники контроля за голосованием, успешно внедренные именно усилиями НПО, что свидетельствует о глубокой востребованности принципа всеобщего равного избирательного права.

За последнее десятилетие произошла явная десакрализация власти в общественном сознании – невозможно представить в 2004-2005 годах, когда недовольство положением в стране заставило большую часть избирателей отдать предпочтение не кандидату, предложенному В.Ардзинба, чтобы публично появились оскорбительные карикатуры в адрес первого президента или предложенного им преемника. Сейчас же в независимой прессе и Интернете действующего президента полощут с таким размахом и издевкой, словно в стране существует вековая традиция публично-сатирической критики власти.

Основа для подобной свободы слова была заложена уже в нынешнем столетии. Несмотря на случающиеся время от времени противоправные действия по отношению к журналистам (угрозы в адрес все той же Изиды Чаниа, вывоз за город редактора газеты «Чегемская правда» Инала Хашига с обещанием разборки, недавний инцидент с историком и журналистом Спартаком Жидковым, которого сбили с ног на улице, и т.д.), последовательное и жесткое давление на прессу со стороны власти отсутствует.

Нашумевший случай с привлечением к судебной ответственности в 2009 году журналиста Антона Кривенюка, которому инкриминировалось оскорбление чести и достоинства действующего президента Сергея Багапша, окончился, по сути, ничем.[2] Визит известных журналистов к генеральному прокурору с требованием прекратить судебное преследование Кривенюка и значительная поддержка его позиции общественным мнением привели к тому, что назначенный в процесс самый одиозный судья страны все-таки ограничился вынесением условного наказания.

С одной стороны, такое судебное решение содействовало дальнейшему развитию свободы слова в стране, с другой – отчасти девальвировало само понятие ответственности за публичное высказывание, поскольку в ходе самого судебного процесса не было проведено грамотного и профессионального анализа текста статьи, послужившей причиной обращения в суд. Объективная информация не была отделена от агрессивной формы и местами не соответствующих реальности фактов, поэтому у широкой публики сложилось впечатление, что дозволено все.

С широким распространением Интернета, где возможна анонимность высказываний, свобода слова в Абхазии приобрела всеобщий и не всегда корректный характер. Это стимулировало вовлечение в активный политический процесс значительно большего числа участников, но не способствовало повышению культуры высказываний. Если анонимный автор чувствует за собой некую коллективную поддержку, он может позволить себе высокую степень нетерпимости по отношению к оппоненту, и это постепенно становится почти нормой. Правда, и открыто зарегистрированные пользователи, если могут рассчитывать на поддержку своей группы, не стесняются в выражениях.

Заключение

  • Сочетание реальной свободы слова и отсутствия (не законодательно, но на практике) уголовной ответственности за диффамацию и анонимности в социальных сетях привело в последние годы к радикализации публичных мнений.
  • Присущие традиционной абхазской культуре сдержанность оратора и сбалансированность его суждений, уважение к окружающим уходят в прошлое под натиском политических страстей и амбиций.
  • Отсутствие политических партий с четко сформулированной идеологией и программой не стимулирует рост политической культуры, в рамках которой могла бы быть наработана реальная политкорректность.
  • Многолетнее существование табуированных тем привело к тому, что привычной стала самоцензура журналистов и активных блогеров, избегающих касаться этих тем. Тем самым можно констатировать, что свобода слова в какой-то мере ограничена не властями, а самим обществом.

[1] См. «В Сухуме состоялась презентация документального фильма режиссера Мамуки Купарадзе «Отсутствие воли: путешествие по конфликтным зонам». Апсныпресс, 23.06.2010 http://apsnypress.info/news/1028.html;

«Депутат Даур Аршба возмущен показом по Абхазскому телевидению грузинского документального фильма «Отсутствие воли: путешествие по конфликтным зонам Грузии» Апсныпресс 24.6.2010 http://apsnypress.info/news/1032.html;

[2] См. «В Абхазии начались преследования журналистов», Сегодня.ру, 29.06.2009 http://www.segodnia.ru/content/17405