Перспективы российско-югоосетинских взаимоотношений

Тамара Терашвили, внештатный журналист

(English)

Данная статья представляет собой версию доклада, представленного на круглом столе «Расчеты (или просчеты) на Кавказе? Политический кризис в Абхазии и новые геополитические вызовы в регионе», который провела неправительственная организация International Alert 28 июля 2014 года. Статьи остальных докладчиков можно посмотреть здесь.

Идея о воссоединении Южной Осетии с, в первую очередь, Северной Осетией через присоединение к РФ не раз озвучивалась на различных плебисцитах, проходивших в ЮО в разные периоды независимости. Референдумы проводились в 1992 и 2006 годах и, в зависимости от геополитической обстановки вокруг Южной Осетии, а также внутриполитической конъюнктуры, вопросы, выносимые на референдум, звучали по-разному. Так, 19 января 1992 года, в разгар грузино-осетинского противостояния, в Южной Осетии состоялся референдум по вопросу «О государственной независимости и воссоединении с Россией». Он явился итогом длительной «войны законов», которую вела Южная Осетия со своей бывшей метрополией Грузией, и давал югоосетинскому обществу надежду на безопасность и возможность привлечения внимания мировой общественности к проблеме Южной Осетии для скорейшего разрешения затянувшегося кровопролитного противостояния. Референдум «О независимости» от 12 ноября 2006 года проводился в один день с очередными президентскими выборами и преследовал целью обеспечить явку к избирательным урнам максимального количества избирателей, которая гарантировала бы тогдашнему президенту Э. Кокойты второй президентский срок.

Референдум о статусе Крыма

Референдум о статусе Крыма, последующее обращение к России с просьбой о принятии Крыма в состав Российской Федерации, а также немедленный положительный ответ России на поступившее предложение вновь возродили надежды большой части югоосетинского населения о возможности присоединения Республики Южная Осетия к Российской Федерации. Идеей присоединения к РФ в последнее время активно спекулируют некоторые политические лидеры, используя присутствующий в осетинском обществе страх по поводу возможного возобновления грузино-осетинского противостояния. Сторонники присоединения аргументируют свою позицию, прежде всего, соображениями безопасности и стремлением не допустить повторения военной агрессии со стороны Грузии, как произошло в начале 90-х и, особенно, в августе 2008 года. При этом они не объясняют, как и по какой формуле будет достигнуто объединение. Рядовому обывателю, который не всегда способен анализировать и следить за развитием геополитических процессов в регионе, внушается идея о возможности достижения подобного исхода путем проведения референдума. Вместе с тем мнение российской стороны о нежелательности подобных шагов не учитывается. Москва прекрасно понимает, что в случае присоединения Южной Осетии меняется статус войны августа 2008 года, которая из освободительной превращается для нее в захватническую. При этом основные задачи, которые стояли перед Москвой, были выполнены, и на сегодняшний день у нее нет необходимости включать Южную Осетию в состав Российской Федерации. На территории Республики Южная Осетия на вполне законных основаниях, подкрепленных межгосударственными договорами, дислоцируются российские военные базы, которые обеспечивают безопасность как Южной Осетии, так и южных границ РФ.

Вторая причина, по которой большая часть населения стремится в состав РФ, кроется в абсолютной некомпетентности местных властей, не способных решать задачи социально-экономического плана. Зачастую местные власти оказывались не в состоянии адекватно реагировать на предложения российской стороны, что приводило к постоянному срыву восстановительного процесса и негативно отражалось на репутации Российской Федерации. Общество склонно думать, что в случае присоединения проблема некомпетентности отойдет на второй план, а вопросы социально-экономического характера будут решаться более результативно.

Идея о присоединении Южной Осетии к Российской Федерации всплывает в риторике югоосетинских политиков от выборов к выборам. При этом ни одна из политических партий не ведет последовательную работу в этом направлении, так как на деле все прекрасно осознают бесперспективность подобной деятельности и используют этот лозунг, в основном, в спекулятивных целях. Складывается ощущение, что подавляющее большинство югоосетинских политических деятелей прячут за подобной риторикой собственную неспособность адекватной оценки политических процессов, как в регионе, так и в самой Республике Южная Осетия. При этом постановка вопроса, как правило, звучит так: «Мы не способны сами нормализовать свою жизнь. Давайте предоставим это России». Сторонники независимости Южной Осетии объявляются, как минимум, людьми недалекими, лишенными чувства реальности.

Кризис в Абхазии и югоосетинская политическая культура

В мае этого года в Абхазии произошел внутриполитический кризис, результатом которого стала отставка президента Анкваба. Многие эксперты и аналитики склонны проецировать сложившуюся в Абхазии ситуацию на Южную Осетию и, учитывая схожий комплекс внутриполитических проблем, характерный для обеих независимых республик, предсказывают возможность подобного сценария и для Южной Осетии. Однако, на мой взгляд, на сегодняшний день такое развитие ситуации Южной Осетии не грозит. Отличие заключается в том, что на политическом поле Абхазии присутствуют достаточно влиятельные и хорошо организованные оппозиционные силы, возглавляемые лидером партии "Форум народного единства Абхазии" Раулем Хаджимбой. В Южной Осетии подобной оппозиции нет. Попытки любой оппозиции, тем более организованной, были в свое время довольно успешно искоренены еще прежним президентом Э. Кокойты. Более того, президент Тибилов, выдвигаясь как кандидат на эту должность на президентских выборах 2012 года, являлся своего рода компромиссной фигурой как для «прококоевских», так и для «антикокоевских» сил, которая не несла в себе угрозы ни одной из противоборствующих на тот момент сторон. В отличии от Анкваба, президент Тибилов не предпринял существенных шагов для укрепления собственной власти и, по сути, не прибегает к радикальным мерам во внутренней политике. Общее раздражение населения вызывает именно его бездействие, неудачная кадровая политика и комплекс нерешенных социально-экономических проблем. В стране нет ни лидера, ни сил, которые могли бы предложить альтернативу сложившейся системе. Формой протеста против нынешних властей Южной Осетии стали результаты прошедших 8 июня этого года парламентских выборов, когда ни одна из поддерживаемых властями политических партий не набрала нужного количества голосов, а такие политические «долгожители» как Коммунистическая партия и партия «Единство» впервые за многие годы оказались вне парламента. Именно протестное голосование стало одним из факторов, обеспечивших победу партии «Единая Осетия», позиционировавшей себя в качестве оппозиции к нынешней власти. Население еще не дошло до такого состояния, когда люди выражают свой протест в уличных акциях, и использует законные методы выражения недовольства.

К сожалению, после августовской войны Южная Осетия не смогла эффективно использовать режим максимального благоприятствования, который обеспечила Российская Федерация в интересах развития Южной Осетии. И хотя после августа 2008 года взаимоотношения Южной Осетии и России приобрели иной качественный уровень, их так и не удалось вывести из контекста проблем, связанных, прежде всего, с получением помощи из России. В то же время давно уже очевидна необходимость перехода Южной Осетии в качественно новое состояние. Единственный, на мой взгляд, выход из сложившейся ситуации заключается в переводе взаимоотношений между Южной Осетией и Россией из иждивенческих в партнерские, когда каждая из сторон будет нести определенные обязательства по отношению к друг другу.